izwest (izwest) wrote,
izwest
izwest

Categories:

Предательство 1941: приказ не оборонять госграницу











alt

Начало войны даже спустя почти 80 лет остается загадочным периодом в истории нашей страны. Новому поколению сложно разглядеть истину среди нагромождения многочисленных либеральных мифов и западных попыток переписать историю. Поэтому мы повторим в собирательном виде рассказы военных историков про самые первые дни Великой Отечественной войны.

В первые дни войны с 22 июня 1941 года фашисты танковыми клиньями ударили в направлении армий 8-й и 11-й («Предательство 1941: смута первых дней»), а также 4-й и 5-й («Предательство 1941: было или нет»). Попытаемся проследить, что стало с другими армиями в эти дни Великой Отечественной войны. И разобраться, почему же наряду с героизмом вышеуказанных армий историки пишут и об изменах, и о предательстве в те же самые дни.

Помимо 5-й армии ЮЗФ также историки указывают на героические усилия, которые предпринимали под Перемышлем отдельные подразделения Красной армии. Например, правофланговая 99 Карснознамённая дивизия 26-й армии.

Одна эта дивизия противостояла двум-трём немецким, теснившим её на этом самом участке.

Из книги Н.Н. Иноземцева «Фронтовой дневник» (2005):

«Доносятся отзвуки артканонады: это Краснознаменная 99-я дивизия удерживает Перемышль от трех немецких дивизий».

Более того, она отбросила фашистов назад, за речку Сан. И именно с этой русской/советской дивизией фрицы не могли поделать ровным счетом ничегошеньки. Независимо от той массивности натиска, который они попытались обрушить именно на этих красноармейцев. И даже не глядя на многочисленные воздушные атаки. Как свидетельствуют историки, в самый начальный период наступление фашистов против других подразделений (дивизий) этой армии не было осуществлено.

В первой части этого цикла («Предательство 1941: смута первых дней») мы сформулировали вопрос:

«Действительно ли Красная армия была во всём существенно слабее вермахта?»

И на этот вопрос своими действиями и реальным героизмом сформулировали ответ те её подразделения – наши армии и дивизии, на которые в самые первые дни Великой Отечественной войны пришёлся основной натиск и вся мощь гитлеровского наступления.

И ответ этот – однозначное

«Нет».

Никакого качественного превосходства над советскими военнослужащими вермахт не имел.

И именно этот ответ, как ничто иное, высвечивает всю контрастность ситуации в самом начале войны. Речь идёт о существенной поляризации, которую некоторые историки даже именуют серьёзной катастрофой.

Если отечественные вооруженные силы, на которые орда немцев навалились всей своею могущественностью, отражали бои успешно и героически, то каким образом сотни тысяч военнослужащих оказались в плену?

Как так случилось, что СССР утратил огромные территории, потерял танки и самолеты в огромном количестве?

Загадочная 12-я армия


Историки задаются следующими вопросами.

А как, например, воевала 12-я армия?

И так ли героически сражались с фашистами подразделения этой армии, которые или не попали под массированный удар первых дней войны, или, если и попали, то под атаки куда более меньшей силы?

Давайте рассмотрим как раз эту самую 12-ю армию. Ею руководил в то время генерал Павел Григорьевич Понеделин.

Данная армия располагалась на фронте от границы с Польшей (юг Львовской области), две дивизии (13 стрелковый корпус) прикрывали перевалы Карпат (граница с Венгрией). Дальше корпуса 12-й армии размещались до Буковины по длине пограничной линии с Румынией.

Специалисты указывают, кстати, что на 22 июня Венгрия не вмешалась в войну.

Из воспоминаний офицера погранвойск Михаила Григорьевича Паджева «Через всю войну» (Записки пограничника) (1972):

alt

«Только на второй день после нападения Германии на СССР правительство Венгрии было «приглашено» принять участие в войне против Советского Союза.

Этим и объясняется, что на участке 94-го пограничного отряда, большинство застав которого располагалось на границе с хортистской Венгрией, в первые дни войны противник не предпринял активных действий, хотя его войска были сосредоточены на дорогах Ужокского, Верецкого и Вышковского перевалов.

Только спустя пять суток, когда немцы уже рвались ко Львову и Минску, венгерские войска перешли границу».


Историки отмечают, что в первый день войны подразделения 12-й армии поднялись по тревоге и направились к обороне рубежей с оружием и боеприпасами.

В ходе передвижения к передовым позициям их настигли бомбардировки противника.

Однако авиасоединения, которые находились в ведении 12-ой армии, 22 июня воздушные рубежи не обороняли и немцев не бомбили, то есть не взлетали вообще. Им не было приказано защищать в небе свои армейские подразделения. Такой приказ в тот день не поступил ни от командующего армией, ни от армейского штаба. Или прикрытия с воздуха не затребовал командир (штаб) 13 стрелкового корпуса, чьи подразделения бомбил противник с воздуха?

Таким образом, когда войска 12-й армии вышли на полевые позиции, то они практически не подверглись ударам на земле: атак не было.

Тройное свидетельство


Историки упоминают про свидетельства от пограничников не одного, а сразу трёх погранотрядов (что охраняли советские рубежи к югу от Перемышля, а затем по Карпатским горам) о том, что первые пять дней (то есть с 22 июня и вплоть до истечения 26 июня) фашисты не предпринимали наступательных действий.

Означает ли это, что на всем этом протяженном участке фронта (многие сотни километров) на 13 стрелковый корпус, а также на дивизии его соседа с левого фланга – подразделений 26-й армии никаких ударов и натисков со стороны немецких захватчиков попросту не было?

Обратимся к документальным свидетельствам.

Вот что пишет об обстановке на 24 июня на данном участке фронта Н.Н. Иноземцев в своей книге «Фронтовой дневник» (2005).

alt

«На границе пока ничего особенного нет. Изредка легкая перестрелка у пограничников, а так война ни в какой степени не чувствуется…

Наша дивизия занимает очень большой участок – 60 км по фронту.

Фактически мы составляем мелкие группы прикрытия на особо важных участках; сплошной линии обороны нет.

Но и немцы здесь, по-видимому, больших сил не имеют».

Ссылка

Речь идет об опубликованных дневниковых записях (дневники и письма) артиллериста Николая Николаевича Иноземцева. Он в первый день войны вместе с артиллерийской батареей 192 стрелковой дивизии по приказу был направлен на позиции. А уже через несколько дней им пришел непонятный приказ – отходить. Как красноармейцам пояснили – угроза обхода.

«Получили приказ немедленно сняться и двигаться через Стримы к Дрогобычу.

Приказ хоть и был довольно неожиданным, но мы знали, что под Львовом дела плохи и создается угроза окружения».


Отступают уже через трое с небольшим суток (в течение которых, по свидетельствам, никто на эти части не наступал и вовсе их не атаковал) – это (по воспоминаниям Иноземцева) 25 июня, а точнее в ночь на 26-е. От штаба ЮЗФ приказ на отступление 12-й армии не поступал. Зато был такой от штаба корпуса.
«Приказано двигаться горами, кратчайшим путем на Стримы, а затем к Бориславу».

«О немцах никаких сведений нет. Идет спокойная, нормальная жизнь…

Отступление идет по всему фронту».


«28 июня. В 5 часов дня получаем приказ о дальнейшем отходе».
Ссылка

По воспоминаниям пограничников с заставы на Верецком перевале, их сняли с заставы приказом штаба стрелкового корпуса. То есть письменный приказ был.

«К вечеру 26 июня по приказу командира 13-го стрелкового корпуса генерал-майора Н.К. Кириллова и наш 94-й погранотряд, так и не войдя в соприкосновение с противником, стал отходить от границы».
Ссылка

Любопытно, что с самого первого дня войны фашистам очень активно помогали украинские националисты, они вредили с тылу пограничникам, перерезая линии телефонной коммунникации.

«Бандиты из организации украинских националистов перерезали провода, повреждали телефонные узлы. Это мешало своевременно передавать необходимые распоряжения, уточнять обстановку на отдельных участках».
Ссылка
alt
Немецкая листовка с надписью «Немецкая (читай: объединённоевропейская) армия обеспечит вам спокойную работу для прекрасного и светлого будущего. Трудитесь же, украинцы!» 1941 г. Источник: topwar.ru

Уже после войны нашлись документы, свидетельствовавшие о том, как вступали в бой и встречали врага пограничники соседних отрядов.

Вот что писал в донесении начальник штаба 93-го погранотряда (сосед с правового фланга) майор Целиков:

«С 22 по 26 июня 1941 года отряд продолжал охранять и оборонять 177-километровый участок границы.

Противник на охраняемом участке активных боевых действий не проявлял.

В ночь на 27 июня по приказу отряд отошел от границы».

Ссылка

Обстановка на участке соседа с левого фланга (95-го пограничного отряда):

«С 22 по 26 июня на участке отряда спокойно».
Ссылка

Третье свидетельство – генерал-полковника технических войск Советской армии, участника Великой Отечественной войны Павла Алексеевича Кабанова.

alt

Он служил тогда командиром 5-й железнодорожной бригады Особого корпуса железнодорожных войск.

Изложил П.А. Кабанов свое свидетельство в его книге «Стальные перегоны» (1973). Тогда он по долгу службы взаимодействовал с 13 стрелковым корпусом.

«24 июня я снова был в Збараже».

В этот же день 24 июня 1941 года (рассказывает П.А. Кабанов) главный инженер корпуса полковник Ф.Н. Доронин вошел в управление и сообщил:
«Только что из Тернополя. Был там в штабе Юго-Западного фронта.

Вызывал меня начальник ВОСО округа полковник Коршунов.

Ваша бригада действует в зоне 12, 26-й армий.

За бригадой закреплены… пограничные участки: Госграница – Турка – Самбор и Госграница – Лавочне – Стрый.

Ваша задача охранять эти линии, а в случае отхода разрушить».

Ссылка

Через день (25 июня) начальнику Стрыйского отделения движения А.И. Богданову поступил приказ на эвакуацию, но это было похоже на провокацию. И Кабанов просит перепроверить источники данного распоряжения. Оказалось, что точно – провокация. Связи с вышестоящим начальством уже не было. И уверенности, что приказ получен именно от начальника дороги – тоже.

П.А. Кабанов:

«Нельзя вам уезжать. Подумайте: Стрый – узел, через него идут эшелоны со стороны Перемышля, Хирова и Самбора. Впереди нас – Самборское отделение. Все его люди – на месте.

Значит, оставим товарищей в беде».


И тогда
«Богданов навел необходимые справки, которые подтвердили мое предположение:

приказ начальника дороги на эвакуацию отделения сфабриковали вражеские лазутчики».

Ссылка
alt
Немецкая листовка. 1941 г. Источник: mirtesen.ru

Бригада П.А. Кабанова в те дни курировала железнодорожные узлы юга Львовской области: Самбор, Стрый, Турка, Дрогобыч, Борислав. Согласно воспоминаниям, наутро 25 июня подразделение взрывников-железнодорожников, прибыв к месту расположения штаба 192 стрелковой дивизии (входила в состав 13-го стрелкового корпуса 12-й армии), хотели получить и выполнить распоряжения, что взрывать. Но они штаба там уже не обнаружили. А застали лишь красноармейцев, заканчивающих отход с ранее обороняемых позиций.
«На рассвете 25 июня П.А. Фролов с несколькими бойцами отправился на дрезине к Госгранице в расположение штаба 192-й горнострелковой дивизии. Нужно было получить задание от ее командования.

Повсюду войска снимались со своих позиций и уходили в сторону станции Турка.

Не оказалось на месте и штаба дивизии».

Ссылка

Полная безответственность?


alt
В центре – пленённый генерал-майор П.Г. Понеделин, командующий 12-й армией. И слева: генерал-майор Н.К. Кириллов, командир 13 стрелкового корпуса. Умань, август 1941 года.

В боевом донесении 12-й армии, которое выложено в сети как оперативная сводка штаба 12-й армии № 04/оп к 7 часам 24 июня 1941 года «О положении войск армии», Понеделин сообщает:
«13-й стрелковый корпус – сведений не имеется».
Ссылка

В дополнение приведем еще один рассекреченный документ о ситуации с передачей сведений в 12-й армии Понеделина, обнародованный на сайте «Память народа», от 23 июля 1941 года:

«Командиры соединений и частей и их штабы проявляют полную беспомощность и безответственность по обеспечению своевременной и исчерпывающей информацией по состоянию частей».
Ссылка
alt

Приказ о покидании заставы и снятия, по сути, обороны госграницы, видимо, был ошибочным. Так как пограничники заставы, охраняющие ранее Верецкий перевал, после отхода вновь получают разрешение вернуться на заставу. Но теперь они встречают гитлеровцев уже на спуске с перевала.

Пограничники выбили фашистов с перевала. Но ведь фрицы туда попали легко и просто, с территории еще не вступившей в войну Венгрии, а также напрямую вследствии «ошибочного» приказа об отступлении, который пришел от комкорпуса.

Или это был не его приказ, а очередная диверсия украинских националистов?

Ну, и по поводу приказа из тогдашнего Кремля – не оставлять немцам ни дна ни покрышки.

Офицер-железнодорожник П.А. Кабанов вспоминает, что комбат доложил:

«Сто девяносто шестая дивизия… получила приказ отойти в район Дрогобыча.

Отряду минеров разрешено ставить полное заграждение на всем участке от Госграницы до Самбора».


И далее:
«Вчера отряд минеров получил от командира 192 стрелковой дивизии странное письменное разрешение и план на постановку заграждения».

«Почему странное?»

«Вместо того, чтобы разрушать крупные объекты, он предлагает разобрать два воинских тупика и разрушить линию связи, и то только от Госграницы до Турка».
Ссылка

В те самые дни, когда советские взрывники-железнодорожники уничтожали главные объекты и склады жизнеобеспечения, фашисты забрасывали эти же приграничные районы своими листовками с угрозами расправы, если что-то будет уничтожено до их прихода.

Предательство 1941: приказ не оборонять госграницу
Гитлеровская листовка. 1941 г. Источник: topwar.ru

А ведь немцы, судя по листовкам, похоже, знали, что «их люди» там (намеренно) оставляют для них невредимыми важные сооружения и коммуникации…

В книге П.А. Кабанова есть еще один эпизод про неуничтоженные стратегически важные объекты.

«Я начальник склада,

– волнуясь, говорил интендант. –

Не могу подарить фашистам авиационный бензин. Понимаете, не могу!

Если меня за это не расстреляют, то я сам себе пущу пулю в лоб!»


На этот раз шла речь об огромном топливохранилище, который всё же взорвали, но исключительно благодаря требованию начальника этого склада, что грозил застрелиться, в случае отказа ликвидации этого объекта.

11 августа 2010 года газета «Красная Звезда» опубликовала статью С.Г. Покровского «Измена 1941 года», в которой указывается, что

«приказ штаба Юго-Западного фронта на отход 12-й и 26-й армий поступил. Он был выработан в штабе фронта в 21 час вечером 26 июня.

И в последующем был признан необоснованным.

По причине того, что войска левофланговых дивизий 26-ой армии и правофлангового 13 ск 12-й армии не подвергались давлению.

Поторопился штаб фронта.

Но при этом указал 13-ому стрелковому корпусу ровно те рубежи отхода, на которые корпус отошел по собственному разумению еще 24–25 июня».

Ссылка

И если такой приказ от 26 июня 1941 года на оставление военнослужащими беспричинно и без давления какого-либо противника позиций в районах охраняемой государственной границы всё же существовал (а не был организованной диверсией украинских националистов), то почему не последовало никакой реакции?

И что отделяет такого рода якобы ошибочные приказы в военное время от понятия «измена Родине»?

Дальнейшую судьбу сдавшейся в плен 12-й армии рассмотрим в следующей части.

Продолжение следует…


© 2007-2020, All Rights Reserved Nigeria|Somalia|Sudan|Tunisia|News|War
Tags: news, russia, ukraine, История
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments